Теоретическое обоснование возможности дистанционного совершения таинств – интернет-издательство Церквариум
24
Сб, окт

Теоретическое обоснование возможности дистанционного совершения таинств

Церковь и коронавирус

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

Реалии иногда меняют протокол

Автор – Дмитрий Кушнирук, религиовед, прихожанин ПЦУ

Ввиду активного обсуждения в церковной среде прецедента дистанционного совершения литургии, автор излагает некоторые собственные размышления, без претензий на какую либо научность.

Исторически сложилось, что Восточная и Западная традиции до великого раскола имели свои особенности, в том числе и в практике совершения таинств. После раскола 1054 г. Церковь разделилась на Восточную Православную и Западную Римо-Католическую, которые развивались раздельно, богословски обосновывая собственные особенности. Церковная жизнь на Востоке богословски обращала внимание на важность общинного компонента и более пользовалась онтологическими категориями при изложении церковного опыта. Тайна произошедшего на Кресте описывалась больше словами «спасение», «исцеление природы». На Западе больше обращали внимание на важность примата Римского епископа и более пользовались юридическими категориями при изложении церковного опыта. Там тайна произошедшего на Кресте описывалась больше словами «искупление», «удовлетворение правосудия». Это, в свою очередь, наложило отпечаток на Восточную и Западную сакраментологию. В восточной традиции сделан акцент на связи всех таинств с жизнью в общине и мистическим компонентом. В западной традиции - акцент на юридическом обосновании происходящего и рациональном понимании.

Восточная сакраментология

В сознании Восточной церкви все таинства укоренены в общину, в которой они происходят, и подчеркивается важность правильного духовного расположения у принимающего участие в таинстве.

В православной сакраментологии в целом принято, что:

1) таинство имеет видимый компонент:

А – материя  которая представляет вещество (вода, миро, елей) или видимый знак (напр. трехкратное погружение, крестообразное помазывание или осенение рукой),

Б – форма, которая представляет некое призывание Св. Духа (крещальная формула, молитва хиротонии и др.),

В – правильность со стороны совершителя, власть (как правило, пресвитерские или епископские полномочия), исключением является крещение, где в исключительных случаях признаются мирянские полномочия.

2) невидимый компонент, который предполагает духовную настроенность участника, получающего благодать:

А – вера в Христа и действенность таинства,

Б – искреннее желание принять благодать и менять жизнь.

Исходя из исторической практики «материя» может варьироваться, форма также, если сохраняется общий смысл. Церковь не знает, что произошло в каждом конкретном случае, но выносит суждение относительно действительности произошедшего, учитывая конкретные обстоятельства, помешавшие соблюсти все обычные требования к правильной форме и материи.

Правильность со стороны совершителя (в отношении каноничности) – тоже иногда может варьироваться, например бывает не признаются или признаются хиротонии с каноническими нарушениями (суть спора решает целесообразность и благо для Церкви). Апостольское преемство и наличие епископской (пресвитерской) власти – обязательный компонент.

Духовная настроенность получающего благодать – обязательный компонент. Относительно однократного таинства крещения при несоблюдении этого компонента (лицемерия, обмана при таинстве) действенность таинства не признается. Духовного возрождения к новой жизни не происходит. Такое крещения древние отцы Церкви называют «простым омытием грязи с тела».

При покаянии крещаемого  видимый компонент (форма) иногда может не повторяться, т.е. человека не перекрещивают, но мистическая встреча крещаемого с Богом и возможность духовной жизни происходит (крещаемый получает благодать). Пустая форма как бы наполняется благодатным содержимым.

Вывод: таким образом благодать действенно проявляется в момент, когда соблюдены минимальные условия:

1) видимый компонент хотя бы частично соответствует изначальному смыслу. Бывают исключительные случаи, когда условия вообще не соблюдены, и тогда «Дух дышит где хочет» (например, как крещение мучеников кровью).

2) соблюдены властные полномочия, апостольское преемство.

3) обязательно соблюдена духовная настроенность приемлющего благодать.

Крещение в восточной традиции рассматривалось как вхождение в конкретную общину. Человек возрождался для духовной жизни в конкретной общине. Перед Таинством оглашаемый проходил длительный курс наставления в вере опытных наставников. Младенцы крестились по вере родителей, обещавших научить детей жизни с Богом. За этим сразу следовало миропомазание, в котором происходила подача даров Духа Святого, обеспечивающих духовную жизнь. Крещение связывали с христологическим аспектом Церкви, миропомазание с пневматологическим (приемлющий получал возможность личностного бытия, дальнейшего участия в евхаристии). Таинство евхаристии (благодарение), происходило на литургии (общее дело) и рассматривалось как вершина мистического соединения всей конкретной общины с Богом. Одиночное совершение евхаристии одним лишь священником для востока нехарактерно, однако исторически были редкие исключения (обоснованные тем, что священник не сам, а с небесной Церковью).

Особенностью понимания таинства евхаристии церковным сознанием Восточной Церкви является термин «преложение» Даров. Он подразумевает, что по освящении хлеба и вина они таинственным образом прелагаются в Тело и Кровь, без объяснения механизма. «Не существует ни одного соборного определения, как нет ни одного святоотеческого высказывания в том смысле, что претворение хлеба и вина в Тело и Кровь Господа совершается при определенных словах анафоры как совершительной формулы. Претворение евхаристических даров — это сверхъестественное, метафизическое явление, не постижимое разумом и только принимаемое верой. Поэтому отцы Церкви и не связывали освящение даров с какой-либо определенной фразой анафоры». Успенский Н. Д. Анафора: Опыт историко-литургического анализа // Богословские труды. М., 1975. Сб. 13. С. 138.

В результате влияния католицизма впоследствии термин «преложение» в православии многие многие стали понимать по сути как католическое «пресуществление», однако, чтобы подчеркнуть роль Святого Духа, моментом претворения стали считать слова «преложив Духом Твоим Святым».  Особенностью невидимого компонента таинства в Восточной традиции является акцент на важности духовного настроя принимающего таинство, который достигается аскетическими усилиями – говением (пост, воздержание, посещение всех богослужений).

Таинство священства – тоже рассматривается как получение благодати для служения конкретной общине, а не нечто само по себе. В связи с этим в Восточной Церкви при злостном несоблюдении служения общине возможно лишение священнослужителя сана. Священнодействия такого лица не признаются действительными, благодатными. Обосновывается это тем, что власть священнодействовать не есть какой-то абстрактной, а понимается применительно к конкретной общине. Повторное возведение в один и тот же сан не практикуется.

Таинство Брака, дающее благодать для совместной жизни брачующимся, тоже укоренено в жизни в общине. Изначально оно выглядело как обеты, открытое объявление общине о создании новой семьи, с совместным причащением венчающихся из одной чаши и напоминанием тематических текстов Нового Завета.

Западная сакраментология

В традиции РКЦ акцент делается на юридическом обосновании сути происходящего и рациональном понимании (мистический аспект отодвигается на задний план). Для признания Церковью действительности таинства требуется лишь правильное его совершение, а также намерение совершителя его совершить и намерение принимающего принять. Считается, что если условия соблюдены, то таинство действует «само через себя». Для крещения например не требуется правой веры крещаемого. Спасительная действенность таинства (полученная благодать) ставятся в меньшую зависимость от внутреннего настроя принимающего таинство. Что, собственно, понятно, учитывая юридизм богословия РКЦ. В результате подготовка к таинствам в РКЦ ушла на задний план.

Крещение в системе западного юридизма рассматривается как таинство, в котором прощаются первородный и личные грехи. Вера и настрой сравнительно с востоком не столь важны. Таинство миропомазания в РКЦ называется «конфирмацией», преимущественно совершается епископом (чтобы подчеркнуть связь конфирмуемого с епископом). Конфирмация совершается в отроческом возрасте, обычно через долгое время после крещения, ей предшествует длительная катехизация. В обосновании такой практики задействуется рационализм. Если ребенок крещен, то первородный грех ему прощен, а личные не вменяются. В понимании таинства евхаристии важным моментом является «пресуществление» Даров, подразумевающее изменение сущности хлеба и крови в сущность Тела и Крови в момент произнесения слов «примите, ядите» и «пийте от нея вси». Духовная настроенность не столь важна. Например, при подготовке к Евхаристии евхаристический пост составляет всего лишь час перед мессой. Месса не ставится в зависимость от обязательного наличия общины. Священник может служить мессу сам.

Таинство священства так же не связанно с конкретной общиной. Хиротония понимается как получение «неизгладимой печати» священнослужителем. Учитывая это, извержение из сана считается невозможным. Священнодействия пресвитера, находящегося под запретом, все же признаются действенными.

Таинство Брака так же не связанно с жизнью в конкретной общине и понимается как некий юридический акт между брачующимися. Разводы исключены, но брак может быть признан недействительным, если при заключении был например обман одной из сторон.

Анализируя особенности восточной и западной сакраментологии применительно к современной ситуации в Украине, следует отметить значительную утрату связи современных православных христиан с общинной жизнью, характерной для древней восточной традиции. Крещение часто понимается не как вхождение в общину, а как поручение духовной заботы о крестнике крестным родителям. Евхаристия в современных реалиях иногда мыслится не как таинство, совершаемое всей общиной, а как таинство, совершаемое священником где-то в алтаре. Подобные выводы можно сделать и относительно таинств священства и брака.

Применительно к актуальной сегодня и обсуждаемой тематике обоснования дистанционного совершения таинств отмечаю, что критика противников подобной практике зачастую звучит с позиции современных реалий, где священник по факту иногда оказывается в некотором роде автономной от общины фигурой, особенно в больших культовых сооружениях с минимальной общинной жизнью и большим потоком «захожан». Важность совершения «общего дела» общиной кажется не столь важной, мистический компонент становится не столь первостепенным. Делается вывод о большей целесообразности практики совершения евхаристии самостоятельно священником с доставкой освященных Даров нуждающимся. Одной из причин такого взгляда является снижение активности общинной жизни.

Относительно прецедента проведенной «дистанционной литургии» стоит отметить волну негативных отзывов, показывающих неприемлемость подобной практики в современных реалиях. Признание действенности таинств, совершенных с нарушением обычного порядка (формы, материи, власти совершать священнодействия) в православной традиции происходит с учетом причин, вызвавших возникновение подобного отклонения. Мне кажется, что церковному сообществу гораздо легче на данном этапе было бы обосновать возможность дистанционной исповеди и дистанционного соборования. Главным аргументом для признания действенности такого таинства, мне кажется, можно было бы выделить то, что возникла «ситуация, угрожающая оставить тяжелобольного без благодатной помощи». Обоснованием подобного новшества могла бы быть например потребность в усиленной молитве семи пресвитеров и невозможность личного посещения этой группой тяжелобольного COVID-19, нуждающегося в принятии таинства елеоосвящения. Выглядело бы это как обеспечение с двух сторон дистанционной аудио- видео- интернет связи находящихся в храме молящихся пресвитеров, дающих команды родственнику болящего, который помазывает в нужные моменты принимающего таинство святым елеем, заранее полученным.